Есть значительные трудности кабинетному ученому писать предуведомление к явлению другой области интеллекта, будь то искусство, политика, спекуляции интуитивного. Коллекция Леонида Феодора, не без моего соучастия утверждающаяся как Музей русской мифологии и культуры возникла за рамками академической науки и её традиций; исходно оформлялась не в познавательных, а в художественно-образных началах; не иллюстрировала, а сотворила свой мифологический импульс - и в этом смысл более приложение искусствоведческого, а не сциентистского разбора; тем более, что ведущим в нарождающемся феномене явился не предмет, а метод, то есть стиль, техника, искания в области выражения ассоциаций, не оформление в системы образов идеогем исторической формы сознания. Можно сказать, что этим более водит рука, нежели голова.